Семейная жизнь в Турции: права, обязанности и традиции

Статья 41 Конституции Турции прямо связывает семью с равенством супругов. Гражданский кодекс развивает этот принцип: муж и жена совместно обеспечивают благополучие семьи, заботятся о детях, помогают друг другу и участвуют в семейных расходах.

По статьям 185–186 Турецкого гражданского кодекса, супруги вместе выбирают семейное жилье и совместно управляют брачным союзом. Закон не назначает мужа единоличным руководителем семьи.

Это не означает, что каждую покупку или бытовую мелочь необходимо оформлять общим решением. Супруги могут распределять дела так, как им удобно. Но распределение обязанностей отличается от положения, при котором один человек получает право запрещать, а другой обязан подчиняться.

Для российско-турецкой пары, постоянно живущей в Турции, общие последствия брака обычно регулируются турецким правом как правом общего обычного места проживания. Однако для отдельных вопросов — например, имущества супругов или отношений с детьми — действуют собственные правила определения применимого права. Один факт регистрации свадьбы в определенной стране не решает автоматически все последующие правовые вопросы.

Обязанность хранить верность и поддерживать друг друга относится к обоим супругам. Она не устанавливает разные стандарты поведения для мужа и жены.

Турецкое законодательство не сводит участие в семейной жизни к сумме заработной платы.

Статья 186 предусматривает вклад супругов в расходы соразмерно их возможностям — трудом и имуществом. А статья 196 прямо требует учитывать ведение домашнего хозяйства, уход за детьми и неоплачиваемую работу в деле другого супруга при определении денежного участия каждого.

Поэтому фраза «ты не работаешь и ничего в семью не вкладываешь» не соответствует правовому подходу, если человек ведет дом, растит детей или бесплатно помогает семейному бизнесу.

Не установлено и общего правила, по которому супруги должны оплачивать все строго пополам. Одинаковые денежные взносы при существенно разных доходах — не обязательная законодательная модель.

В одной семье оба работают и распределяют расходы. В другой один получает основной доход, а второй занимается детьми. Возможны и другие сочетания. Само по себе такое распределение не создает неравенства прав.

Бытовая практика при этом может расходиться с принципом равного участия. Исследование структуры семьи TÜİK за 2021 год показало, что значительную часть повседневной домашней работы выполняли женщины. Это описание фактической нагрузки, а не установленный законом перечень женских обязанностей.

Готовить, убирать, принимать гостей и ухаживать за родственниками исключительно потому, что женщина является женой, Гражданский кодекс не предписывает.

Экономическое насилие не ограничивается отнятой зарплатой или принуждением подписать кредитный договор.

В руководстве по применению Закона № 6284, подготовленном Министерством юстиции Турции совместно с UN Women, среди его проявлений прямо названо:

Çalışmayan eşe para vermemek — не давать денег неработающему супругу.

В том же перечне указаны необеспечение домашних потребностей, принуждение работать или не работать, изъятие заработка и исключение человека из принятия экономических решений. Формулировка приведена на странице 23 официального руководства.

Таким образом, положение «деньги зарабатываю я, поэтому ты получишь их только за послушание» нельзя объяснять обычным распределением ролей в семье.

Общий бюджет, согласованные ограничения расходов или временное сокращение покупок сами по себе не означают насилия. Иная ситуация — использование денег для давления, лишения необходимых средств и установления зависимости. Правовая оценка конкретного случая производится с учетом его обстоятельств.

Отдельного универсального тарифа, сколько работающий супруг обязан ежемесячно передавать другому «на личные расходы», закон не устанавливает. Но отсутствие фиксированной суммы не отменяет обязанностей по содержанию семьи и не оправдывает экономическое давление.

Защита имущественных интересов супругов не начинается только после подачи заявления о разводе.

Если обязанности по участию в семейных расходах не исполняются, статья 196 Гражданского кодекса позволяет суду по обращению одного из супругов определить денежный вклад каждого в содержание семьи.

При этом учитываются не только доходы, но и домашняя работа, уход за детьми, другие обстоятельства. Речь идет о механизме, который может применяться и при продолжающемся совместном проживании.

Статьи 195–199 предусматривают и другие способы защиты брачного союза: вмешательство суда при неисполнении обязанностей, меры по обеспечению содержания семьи и ограничения отдельных имущественных распоряжений при наличии предусмотренных законом оснований.

Это не означает автоматического удовлетворения любого требования. Но утверждение «пока не разведешься, потребовать ничего нельзя» неверно.

При недостатке средств на представителя существуют механизмы, описанные на странице «Бесплатная юридическая помощь через адвокатские палаты и суды Турции». Предоставление такой помощи зависит от условий соответствующей процедуры.

Статья 192 Гражданского кодекса позволяет каждому супругу самостоятельно выбирать профессию и работу без разрешения другого.

В законе также говорится об учете спокойствия и интересов брачного союза. Однако это положение не превращает супруга в орган, выдающий разрешение на трудоустройство.

Семейное обсуждение графика, ухода за детьми или переезда отличается от запрета работать, подкрепленного угрозами, изъятием документов или лишением денег.

Для россиянки отдельно действуют правила трудовой деятельности иностранцев. Брак с гражданином Турции и семейный вид на жительство сами по себе не заменяют разрешение на работу либо предусмотренное законом освобождение от него.

Поэтому здесь существуют два разных вопроса:

• право самостоятельно выбирать работу в отношениях между супругами;
• выполнение требований государства к работе иностранного гражданина.

Второй вопрос подробнее рассмотрен на странице «Работа по найму в Турции».

Жилье, в котором супруги ведут семейную жизнь, может иметь статус aile konutu — семейного жилища.

Статья 194 Гражданского кодекса ограничивает возможность одного супруга без выраженного согласия другого расторгнуть договор аренды семейного жилья, передать его другому лицу или ограничить права на него.

Это существенно для семьи, в которой квартира записана на мужа, а жена собственником не является. Отсутствие ее имени в tapu не означает полного отсутствия правовой защиты семейного жилища.

Для такой недвижимости предусмотрена отметка aile konutu şerhi в реестре. Супруг, который не является собственником, может обратиться за ее внесением при соблюдении установленных условий.

Отметка не делает его собственником половины квартиры. Защита семейного дома и принадлежность имущества — разные правовые вопросы.

Особые положения существуют и для аренды. Если договор заключил один супруг, другой может посредством уведомления арендодателя стать стороной договора. При этом возникают не только права, но и солидарная ответственность по соответствующим обязательствам.

Общие условия аренды разобраны на странице «Аренда жилья в Турции: поиск квартиры, договор и депозит».

Сам по себе конфликт с мужем или женой не позволяет свести вопрос жилья к формуле «квартира моя — никаких прав у тебя нет». Вместе с тем защита семейного жилища не означает безусловного права бессрочно оставаться в любой квартире, в том числе принадлежащей родственникам.

В российско-турецкой семье родственники мужа могут участвовать в повседневной жизни заметнее, чем ожидала жена. Однако степень этой вовлеченности различается даже между семьями, живущими в одном городе.

Участие родителей бывает практическим: помощь с детьми, приготовлением еды, поиском жилья, сопровождением в учреждения. Для человека, переехавшего в другую страну, такая поддержка может многое упростить.

Обратная сторона возникает тогда, когда помощь сопровождается требованием передать старшим право решать, где супругам жить, как тратить деньги или воспитывать детей.

У матери мужа — kayınvalide, или kaynana, — нет специального правового статуса руководителя семьи сына. То же относится к отцу мужа — kayınpeder, братьям, сестрам и другим родственникам.

Совместное проживание и материальная зависимость способны усиливать их фактическое влияние. Но фактическое влияние и юридические полномочия различаются.

Если родители оплачивают аренду или помогают с покупкой квартиры, отдельно возникают вопросы собственности, договора и характера переданных денег. Такие обстоятельства нельзя разрешить одной фразой «мы же семья».

Уважение к родственникам также не означает, что российская сторона семьи становится менее значимой. Связь с родителями жены, общение с близкими в России и участие обеих семей в жизни детей не являются чем-то второстепенным по определению.

В турецких семейных традициях заметное место занимают посещения старших родственников, особенно во время Ramazan Bayramı и Kurban Bayramı.

Один из известных жестов уважения — el öpme, поцелуй руки старшего. Во время праздничных встреч детям могут вручать деньги и небольшие подарки, гостей угощают сладостями, чаем и другими блюдами.

Эти обычаи описаны в региональных материалах Министерства культуры. Но даже распространенная традиция не исполняется везде одинаково. Состав гостей, очередность визитов, продолжительность встреч и способы приветствия зависят от семьи.

Обращения anne и baba к родителям супруга тоже могут восприниматься как знак принятия в семью. При этом они не устанавливают юридического подчинения и не превращают невестку в несовершеннолетнего члена родительского дома.

Более широкий культурный контекст представлен в разделе «Культура и традиции Турции».

Встречи родственников и совместные застолья могут занимать важное место в семейном общении. Но частота визитов и участие супругов в их организации не определяются одним общетурецким правилом.

В некоторых семьях гости приходят часто, в других встречи заранее согласовывают. Где-то угощение готовят совместно, где-то большую часть работы привычно выполняют женщины.

Распространенность определенного порядка еще не делает его юридической обязанностью. Требование постоянно обслуживать гостей исключительно потому, что женщина стала gelin — невесткой, — относится к семейным ожиданиям, а не к установленному законом статусу.

Особенно заметны такие различия при совместном проживании со старшими. Один дом может объединять несколько поколений, но объем бытовой работы и отсутствие личного времени от этого не перестают быть реальными обстоятельствами жизни супругов.

В российско-турецкой семье также нет обязанности полностью отказаться от привычной еды, языка общения или собственных праздников. Семейный уклад может включать обе культуры, а не только ту, которая представлена большинством родственников.

Статья 24 Конституции Турции защищает свободу совести и религиозных убеждений. Человека нельзя принуждать к участию в богослужении, религиозных обрядах и церемониях.

Поэтому различия в религиозности супругов не разрешаются автоматически в пользу мужа или его родителей. Пост, молитва, посещение религиозных мероприятий и изменение вероисповедания не становятся обязанностью жены вследствие регистрации брака.

Уважительное отношение к вере близких отличается от принуждения исповедовать ту же религию.

Право на частную жизнь также сохраняется после свадьбы. Брак сам по себе не дает безусловного разрешения читать чужую переписку, входить в аккаунты или публиковать личные сведения.

Обязанность супружеской верности не означает законности любых методов контроля. Изоляция от друзей и родных, угрозы и ограничения свободы нельзя оправдывать одной лишь ревностью или «традиционным воспитанием».

Согласие вступить в брак не является бессрочным согласием на любые действия другого человека, в том числе на сексуальное принуждение.

По статье 336 Гражданского кодекса родительские полномочия — velâyet — во время продолжающегося брака осуществляются совместно.

Это означает, что отец не получает исключительных прав только потому, что он гражданин Турции, а мать — иностранка.

Статья 339 связывает решения о содержании и воспитании с интересами ребенка. Родители должны учитывать его мнение сообразно зрелости. Имя ребенку также выбирают родители, а не автоматически старший родственник со стороны отца.

Бабушки и дедушки могут участвовать в воспитании, помогать и передавать семейные традиции. Но родство само по себе не делает их законными представителями вместо родителей.

Религиозное воспитание статья 341 относит к полномочиям родителей. После совершеннолетия человек свободен выбирать религию самостоятельно. При этом организация школьного обучения и обязательных предметов регулируется отдельно.

В российско-турецкой семье бытовой язык общения, поддержание русского языка и контакты с российскими родственниками относятся к содержанию семейной жизни. Турецкое гражданство отца не означает автоматического запрета на вторую культурную среду ребенка.

Вопросы гражданства, паспортов и зарубежных поездок имеют самостоятельный правовой порядок. Их нельзя свести ни к утверждению «все решает отец», ни к противоположному «каждый родитель всегда может действовать один».