Кирка Ферхата стучит в скале, Керем разыскивает Аслы по городам, а Гарип торопится на свадьбу, где женихом должен стать другой. У каждой пары своя беда: семейный запрет, разница в положении, обман или решение правителя. Даже тогда, когда свадьба становится возможной, история не обязательно заканчивается счастливо.
Легенды о любви в Турции сохранились в народных рассказах, больших поэмах, песнях и названиях мест. Их героев узнают по именам, а с отдельными эпизодами связывают водные каналы, старые здания и почитаемые захоронения. За коротким упоминанием Лейлы, Ширин или Зин может стоять целое повествование с дорогами, испытаниями, помощниками и предателями.
В этом разделе собраны шесть знаменитых историй. У них разные истоки: арабское предание, персидская литературная традиция, анатолийские народные рассказы и курдская поэма. Все они вошли в культурную жизнь Турции, продолжая существовать в разных языках и версиях.
В каждой истории любовь сталкивается со своей преградой
Семейный запрет встречается сразу в нескольких преданиях, но дальнейшие события развиваются по-разному. Один герой остается рядом с домом возлюбленной, другой уходит через города и горы, третий пытается выполнить условие, которое ему поставили вместо согласия на брак.
| История | Что разделяет влюбленных | Чем отличается сюжет |
|---|---|---|
| Лейла и Меджнун | Отказ семьи Лейлы и ее брак с другим человеком | Любовь постепенно меняет самого Кайса: он становится Меджнуном и оставляет привычную человеческую жизнь |
| Ферхат и Ширин | Условие провести воду через гору и обман, когда работа близится к завершению | Испытанием становится огромный труд, а решающим ударом — ложная весть |
| Керем и Аслы | Противодействие семьи Аслы и ее постоянные переезды | Долгие поиски приводят к свадьбе, но последняя преграда скрыта в заколдованном платье |
| Тахир и Зухра | Родители отказываются исполнять обещание поженить детей | Герои растут рядом, а затем переживают изгнание, заточение и попытку выдать Зухру за другого |
| Ашык Гарип и Шахсенем | Необходимость заработать деньги для брака и козни соперника | Семилетняя разлука заканчивается стремительным возвращением к чужой свадьбе |
| Мем и Зин | Придворная интрига и запрет правителя | Беко использует самолюбие властителя, а шахматная партия становится ловушкой для Мема |
В этих рассказах любовь зависит не только от самих влюбленных. Родительское слово, положение семьи и воля правителя могут определить всю дальнейшую жизнь. Особенно тяжелыми оказываются ситуации, когда запрет меняется на согласие слишком поздно или обещанное согласие с самого начала служит обманом.
Арабские, персидские и курдские сюжеты вошли в культуру Турции
У этих шести историй нет общего места рождения и одного автора.
Лейла и Меджнун восходят к арабскому преданию. Позднее их историю пересказывали и перерабатывали на разных языках. Среди знаменитых литературных версий — персидская поэма Низами и тюркоязычная поэма Фузули.
Ферхат и Ширин связаны с персидской литературной историей Хосрова и Ширин. Со временем Ферхат стал главным героем самостоятельных произведений, а в анатолийских пересказах события получили местные подробности и привязку к Амасье.
Керем и Аслы, Тахир и Зухра, Ашык Гарип и Шахсенем прочно вошли в турецкую народную повествовательную традицию. Их рассказывали в разных областях, передавали в рукописях и печатали в народных книгах. За пределами Турции тоже существовали свои варианты этих историй.
Мем и Зин занимают особое место в курдской литературе. Ахмед Хани создал поэму на курманджи, переработав более старый народный сюжет. Память о героях тесно связана с Джизре на юго-востоке современной Турции.
Такая история распространения показывает, как переплетались литературные традиции Турции и соседних регионов. Сюжеты переходили из языка в язык, а новые исполнители и авторы меняли их подробности.
Народные рассказчики чередовали повествование с песнями, а поэты создавали большие поэмы
Многие любовные истории предназначались для исполнения перед слушателями. В традиции halk hikâyesi — народного повествования прозаический рассказ перемежается стихами и песнями. Сказитель объясняет, что произошло, а затем герой получает возможность выразить любовь, тоску или отчаяние собственным голосом.
Такие повествования исполняли ашыки — поэты-певцы, часто сопровождавшие себя игрой на сазе. Поэтому песня внутри истории могла запоминаться и передаваться отдельно от полного сюжета. Эти связи особенно заметны в рассказах о Кереме и Гарипе и в турецкой народной музыке.
Другая форма — месневи, большое стихотворное произведение из рифмующихся двустиший. К ней относятся поэмы Фузули о Лейле и Меджнуне и Ахмеда Хани о Меме и Зин. У такого текста есть определенный автор, своя композиция и собственное толкование событий.
Народный рассказ и авторская поэма могли существовать рядом. Знакомые имена сохранялись, но внимание переносилось с приключений на внутреннее состояние героя, с долгой дороги — на духовное значение любви.
Одинаковые имена могут встречаться в разных версиях одной истории
За столетия менялись места действия, родственные связи, первоначальные имена героев и даже развязки. Поэтому два пересказа с одним названием иногда заметно отличаются.
У Ширин в разных обработках меняются отношения с Мехмене Бану. В амасийском предании она ее сестра, тогда как в других литературных версиях встречается иное родство. При этом водный канал, гора и ложная весть о смерти остаются узнаваемыми частями истории Ферхата.
Русскоязычному читателю Гарип может быть знаком по сказке Лермонтова «Ашик-Кериб», где возлюбленную зовут Магуль-Мегери. В анатолийских рассказах рядом с ним появляется Шахсенем.
Существуют и разные формы истории Мема и Зин. Устный эпос «Меме Алан» содержит чудесное рождение, волшебного коня и встречу, устроенную пери. Поэма Хани выстраивает собственный рассказ с праздником Ньюроз, придворной интригой и заключением Мема.
Поэтому при подробном изложении необходимо понимать, какая версия взята за основу. Иначе в одном рассказе могут случайно соединиться события, которые относятся к разным произведениям. На отдельных страницах этого раздела основной сюжет и отличия других обработок рассмотрены раздельно.
Счастливое возвращение Гарипа выделяется среди трагических финалов
Знакомство с этими преданиями часто начинается с представления, что любая знаменитая любовная история должна завершиться гибелью героев. Однако у Гарипа и Шахсенем испытания приводят к браку.
В анатолийском варианте певец возвращается вовремя, его узнают, а обман соперника раскрывается. Счастье остается возможным в той же жизни, в которой герои пережили разлуку.
В других историях соединение влюбленных нередко переносится за пределы земной жизни. На могилах вырастают цветы или деревья, а в авторских поэмах любовь может получать религиозное истолкование. Такие финалы продолжают рассказ после смерти героев: то, чему мешали люди, сохраняется в природе, памяти или духовном мире произведения.
Амасья, Конья и Джизре сохранили места памяти влюбленных
Легенды вошли в географию городов. Иногда достаточно названия старого сооружения, чтобы за ним возникла целая история.
В Амасье имя Ферхата носит водный канал. Само сооружение относится к позднеэллинистическому — раннеримскому времени и предназначалось для снабжения античного города водой. Народное предание связало его с трудом влюбленного мастера. Здесь же находится Музей влюбленных Ферхата и Ширин, экспозиция которого обращается и к другим знаменитым парам.
В Конье есть месджид Тахира и Зухры. С двумя сандуками — надгробными сооружениями — связано местное представление о захоронении героев. Название здания свидетельствует о жизни предания в городе, хотя не подтверждает все обстоятельства рассказа.
В Джизре находится усыпальница Мема и Зин, связанная с медресе Абдалие. Три захоронения местная традиция приписывает Мему, Зин и Бекиру — человеку, который вмешивался в судьбу влюбленных.
У каждого такого места есть собственная история. Древний канал, медресе или месджид позволяют увидеть, как литературные герои стали частью городской памяти. А подробные рассказы объясняют, почему их имена продолжают звучать спустя столетия.